"Экспедиция" № 4 /апрель 2004, с. 38-43

пуп земли

За ЗФИ земли нет

Дальше только полюс

(интернет-версия)

Геннадий Шандиков

Фото предоставлены Poseidon Arctic Voyages

 

Земля Франца-Иосифа – люди бывалые называют ее просто ЗФИ – самая северная российская территория. Большую часть года здесь царствует лед и безмолвие, но коротким заполярным летом острова, точно в сказке, преображаются, наполняясь буйством жизни. Этот безлюдный арктический архипелаг носит имя австрийского императора, хотя само его существование было предсказано русскими. Тот самый случай, когда географическое открытие было сделано «на кончике пера», и лишь потом мореплаватели «переоткрыли» новые земли, нанеся их на карту.

Предсказание по карте

Арктика к середине XIX века все еще оставалась неизученным белым пятном. К тому времени давно уже были известны Шпицберген и Новая Земля. А гипотетическая «северная земля», лежащая между ними, была «открыта» пока только на бумаге. Полагают, что впервые мысль о ее существовании высказал Ломоносов. И только в 1865 году русский морской офицер Николай Густавович Шиллинг впервые научно обосновал это предположение. Он опубликовал в старейшем русском военно-научном журнале «Морской сборник» гипотезу о том, что дрейфующие льды удерживаются сушей, находящейся между Шпицбергеном и Новой Землей.
В 1870 году эту идею поддержал известный русский географ и путешественник, снискавший позднее славу как теоретик анархизма, князь Петр Алексеевич Кропоткин. Предложив Русскому географическому обществу организовать экспедицию в поисках неизвестной земли, он писал: «На север от Новой Земли действительно должна быть земля, расположенная в более высоких широтах, чем Шпицберген. На это указывает неподвижный лед на северо-запад от Новой Земли, а также камни и ил, которые несут с собой плавающие ледяные поля». К сожалению, этой экспедиции так и не суждено было состояться. Денег на ее организацию не нашлось.

А открыта Земля Франца-Иосифа была случайно, всего лишь три года спустя, Юлиусом Пайером и Карлом Вайпрехтом, возглавившими единственную за всю историю полярных исследований австро-венгерскую экспедицию на деревянном судне «Тегетгоф». Мореплаватели искали северный морской путь, соединяющий Атлантический океан с Тихим. Волею судьбы и течений их корабль, вмерзший в лед у Новой Земли, через одиннадцать месяцев дрейфа принесло к необозначенному на картах архипелагу, который они и назвали именем своего императора Франца-Иосифа I.

Вера и верность
После открытия островов здесь побывало множество полярных экспедиций – англичане, голландцы, американцы, норвежцы, итальянцы, русские. Здесь зимовали экспедиции Нансена, Джексона, Болдуина, Ли Смита. Останки их базовых лагерей сохранились до сих пор.

Земля Франца-Иосифа служила отважным исследователям своеобразным трамплином, дававшим как бы последний толчок на пути к Северному полюсу. Трагической судьбой с ней оказались связаны русские полярники Георгий Седов и Георгий Брусилов. Это они послужили прототипами капитана Татаринова в знакомом всем с детства романе Вениамина Каверина «Два капитана».

В 1912 году Седов выступил с идеей первой русской экспедиции на Северный полюс. Он писал: «Амундсен желает во что бы то ни стало оставить честь открытия за Норвегией и Северного полюса. Он хочет идти в 1913 году, а мы пойдем в этом году и докажем всему миру, что и русские способны на этот подвиг».

27 августа 1912 года на судне «Святой великомученик Фока» экспедиция Седова отправилась из Архангельска на Землю Франца-Иосифа. Оттуда Седов планировал продолжить путь к полюсу на собачьих упряжках по дрейфующим льдам. У Новой Земли судно попало в ледовый плен. Лишь через год, освободившись ото льда, «Фока», теперь уже переименованный в «Александра Суворина», с огромным трудом достиг северного архипелага. Здесь, в бухте Тихая на острове Гукера, изможденный невзгодами, голодом и цингой отряд остановился на вторую зимовку. Погиб Седов уже на пути к полюсу. Прах его покоится на острове Рудольфа.

Недавно здесь, на мысе Флигели, в увековеченье заслуг россиян в освоении полярных районов Фондом Андрея Первозванного был установлен памятный крест из лиственницы. На нем надпись: «В честь и память российских полярников. За веру и верность».

«ЗФИ, синие горы, мне не забыть снега твои…»
Эти строки пел Юрий Визбор, вспоминая о Земле Франца-Иосифа. Уж чего-чего, а снега и льда здесь действительно в избытке.

ЗФИ – это целая россыпь островов, омываемых холодными водами Северного Ледовитого океана и Баренцева моря. Их тут 191 – больших и маленьких, раскинувшихся по широте на 375, а по долготе на 234 километра. От мыса Флигели острова Рудольфа – самой северной точки архипелага – до Северного полюса здесь каких-то 900 километров, а от западной оконечности архипелага до Шпицбергена расстояние чуть меньше – 700 километров.

Восемьдесят пять процентов этой территории безжизненны. Земля занята ледниками, покрывающими 56 самых крупных островов. Ото льда на этих островах обычно свободна лишь узкая прибрежная полоса, хотя встречаются и очень крупные внутренние оазисы, например, на Земле Александры, островах Греэм-Белл, Хейса и других. На мелких островах ледников нет совсем.

Климат архипелага суров. Ураганные ветры до сорока метров в секунду. Морозы зимой достигают 52 градусов. Лето очень прохладное и короткое – всего месяц-полтора в июле и августе. Часты туманы. Средняя температура июля – около нуля градусов.

Рельеф по большей части равнинный. Преобладают ландшафты арктических пустынь. Холмы и возвышенности обычно не превышают 500 метров. Самая крупная гора высотой 620 метров находится на острове Винер-Нейштадт. По абсолютной же высоте над уровнем моря самой высокой считается Земля Вильчека. Ее ледниковый купол поднимается до отметки 735 метров.

В центральной части архипелага расположен остров Чамп, знаменитый своими каменными шарами почти идеальной формы. Происхождение этих камней до сих пор неясно. Их здесь великое множество – от пятисантиметровых до огромных, достигающих более двух метров в диаметре.

На островах множество озер ледникового происхождения. Их глубина порой достигает десяти метров. В летний период здесь журчат сотни ручьев и даже протекает несколько крупных рек. Самые большие реки протяженностью до 15–18 километров находятся на островах Земля Георга и Греэм-Белл.

Всюду жизнь
При суровом арктическом климате растительный мир архипелага достаточно разнообразен: 250 видов, из которых пять десятков – настоящие цветковые растения. Особенно богат ими остров Гукера. Здесь в оазисах – участках, свободных ото льда и снега, – встречаются желтый полярный мак, камнеломка, лютики, очиток и даже карликовая полярная ива. Многочисленные мхи подушками покрывают кочки, местами образуя сплошной мягкий ковер, точно сотканный из разноцветных лоскутков – малиновых, красных, зеленых, желтых. Но больше всего здесь, конечно, лишайников. Их тут более ста видов.

Лишайник – это особая симбиотическая форма жизни. Каждый состоит из определенного вида гриба и одного вида водоросли. А вместе они образуют совершенно уникальный биологический вид, у которого водоросль занимается фотосинтезом, а гриб, прикрепляясь к твердой поверхности, растворяет ее, получая необходимые для питания минеральные вещества. Чаще всего лишайники поселяются на камнях и скалах. Некоторые отличаются исключительно яркими расцветками – оттенками желтого и оранжевого.

А знаменит архипелаг, конечно же, своим животным миром. Особенно птичьими базарами, раскинувшимися шестью десятками колоний по отвесным скалам. Коротким арктическим летом ледяное безмолвие островов наполняется птичьим гомоном. Тут «квартируют» сотни тысяч птиц. Из пятидесяти видов пернатых, обитающих в Арктике, здесь можно встретить тридцать восемь. А четырнадцать видов птиц считают острова родными, из поколения в поколение выводя тут свое потомство.

Самый известный птичий базар находится на скале Рубини, живописно вздымающейся из моря у острова Гукера в бухте Тихая. Вершина этой восьмидесятиметровой громады даже в ясную погоду покрыта шапкой тумана. На каменных уступах скалы гнездятся тысячи мелких, размером чуть больше воробья, люриков, чайки маевки, белые чайки, бургомистры и чистики. Среди этой птичьей суеты особенно бросаются в глаза напоминающие маленьких пингвинов гагарки, кайры и тупики. Встречаются здесь и северные олуши, поражающие новичков своим пикирующим нырянием в воду. В небе летают суетливые крачки, а крупные трубконосые птицы глупыши с достоинством барражируют, ловя восходящие потоки воздуха.

Из млекопитающих на Земле Франца-Иосифа зоологами отмечено десять видов животных, в том числе два сухопутных – белые медведи и песцы. Правда, песцов, на которых охотился Нансен во время зимовки, здесь давно уже никто не видел. Зато белых медведей тут на самом деле много. На ЗФИ находится одно из самых крупных в Арктике «родильных отделений» полярных мишек. В иные годы тут в снежных берлогах зимуют и производят на свет потомство до двух сотен мамаш.

Самым ярким представителем морских млекопитающих является атлантический морж. Излюбленные места скоплений этих очень общительных ластоногих, вооруженных крупными бивнями, находятся у островов Столички и Апполонова. На припайном льду и в полыньях встречаются тюлени – гренландский и лахтак. Но, в отличие от моржей, эти ластоногие людей близко к себе не подпускают. В море, если повезет, также можно увидеть стадо зубатых китов белух или ныряющих усатых китов – горбача, гренландского кита и полосатика.

Полярная Мекка
«Годы пройдут, а эти негостеприимные берега останутся такими же», – писал в своем дневнике, покидая Землю Франца-Иосифа, ее первооткрыватель Юлиус Пайер.

В 1901 году, во время третьей полярной экспедиции адмирала Степана Осиповича Макарова на ледоколе «Ермак», на островах Земли Франца-Иосифа впервые был поднят российский флаг. А в 1926 году архипелаг объявлен принадлежащим Советскому Союзу. Пограничная зона на долгие десятилетия закрыла ЗФИ для посещений. Здесь лишь работали научно-исследовательские станции. Одну из них, расположенную на острове Рудольфа, в 1932–1933 годах возглавлял Иван Папанин, впоследствии ставший знаменитым полярником. Через пять лет Папанин вернулся на ЗФИ, но уже для того, чтобы лететь отсюда на первую в истории дрейфующую станцию «Северный полюс–1».

Острова остаются столь же труднодоступными, как и на заре полярных исследований. По-прежнему здесь действует запрет на посещение – это пограничная, а с 1994 года и заповедная зона.
Однако бум полярного туризма, возникший за последнее десятилетие, затронул не только свободную от границ Антарктиду, но и Арктику. У иностранцев, уже давно пресыщенных тропической экзотикой, появилась потребность в экзотике полярной. Для многих желание попасть на закрытый арктический архипелаг, чтобы воочию оценить красоту арктической природы, посетить места зимовок знаменитых полярников, познакомиться с его животным миром, стало заветной мечтой.

И вот эти, казалось бы, несбыточные грезы понемногу стали сбываться. Несколько лет назад у туристов появилась возможность побывать и в закрытой зоне ЗФИ. Начиная с 1999 года, по пути на Северный полюс острова стал посещать российский ледокол «Ямал» с иностранными туристами на борту. А в июле-августе прошлого года появились и специальные групповые туры на Землю Франца-Иосифа на ледоколе «Капитан Драницын». Правда, и туда пока путешествуют все те же иностранцы – слишком уж дорогое это удовольствие для большинства россиян. Но раз уж лед, как говорится, тронулся, побываем там и мы. Когда-нибудь.

 

Другие статьи автора в журнале "Экспедиция":

Сага про гагу

Русский осётр и его родственники

Морской леопард - гроза Антарктиды

Про лисичку-сестричку

Сказ о сибирском кедре

Храм в Антарктиде

В поисках Гранта. Часть I

В поисках Гранта. Часть II

Что, если... сойдутся континенты?

Что, если ... на Земле исчезнут растения?

Что, если ... отменить трение?

Путевые заметки автора ...по Южной Америке:

Рассекая Бразилию...

По Боливии

По Перу

По Эквадору